Посвящение А. Вертинскому

                                                                                                                        «Я не могу причислить себя к артистической среде,
                                                                                                                    а скорее к литературной богеме. К своему творчеству
                                                                                                                    я подхожу не с точки зрения артиста, а с точки зрения
                                                                                                                    поэта…»
                                                                                                                                                                                        А.Вертинский


Оговорюсь сразу: я не являюсь страстной поклонницей Вертинского – манера исполнения у него очень своеобразная, хотя вполне вписывается в облик того времени, в котором он жил и творил. Мне он интересен, прежде всего, как личность и как поэт, да и сам он считал себя скорее поэтом, чем артистом (см. эпиграф). По сути дела, он стоял у истоков авторской песни, предполагающей в основе своей стихи, а не набор слов. Не все его произведения равноценны, но есть настоящие шедевры.
А когда писала этот стих, в голове вертелась мелодия танго «Магнолия» («В бананово-лимонном Сингапуре…»).


Из Киева приехал нищим франтом,
Непризнанный, голодный, молодой,
Москву большую покорять талантом
С ее богемной дерзкою средой.
                  Кончался век жестокого романса –
                  Модерн уже повсюду правил бал,
                  И облик утонченный декаданса
                  Навек его собой околдовал.

Театром безнадежно забракован,
С немым кинематографом дружил,
Дурманом кокаина очарован,
Как наважденье, это пережил.
                  Искусство постигая постепенно,
                  Изысканно оттачивал перо
                  И выступал на сцене вдохновенно
                  Под бледной маской грустного Пьеро…

Живя на белом свете одиноко,
Решенье принял словно не всерьез,
И в дальние края по воле рока
Корабль его от Родины унес.
                  В кругу вращаясь далеко не узком,
                  Имел он оглушительный успех,
                  Но только все же пел всегда на русском,
                  Невольный свой замаливая грех.

«В бананово-лимонном Сингапуре»
Блистать он мог бы, словно бриллиант,
Но только и де-факто, и де-юре
Повсюду был лишь русский эмигрант.
                  От грез туманно-призрачных очнулся,
                  Не ведая, в аду или в раю,
                  И через годы все-таки вернулся,
                  Как блудный сын, на Родину свою…

Всегда в извечном образе минорном,
На сцену выходил он не спеша,
И понимали все: под фраком черным
Рыдает одинокая душа,
                  И отзвуки Серебряного века
                  В его мотивах слышались всегда…
                  Ведет судьба по жизни человека
                  Порой совсем неведомо куда…


Рецензии
Понравилось, я его очень люблю. Он очень тонко и нежно описывает такое душевное состояние, как влюблённость. Всегда является рыцарем прекрасной дамы, и даже огорчается или ревнует поэтично и возвышенно, возможно - скрывая надрыв души...

Зура Умарова   17.06.2018 02:34     Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.